Хакасы народ РФ

Хакасы

Хакасы — (самоназвание — «тадар») — тюркоязычный народ, проживающий в Южной Сибири на левобережье Хакасско-Минусинской котловины. Традиционная религия — шаманизм, в XIX веке многие были крещены в православие (часто насильственно).
Сами хакасы считали себя рожденными от горных духов. Термин «хакасы» обозначает средневековое население минусинской котловины. Современные хакасы продолжают именовать себя в разговорном языке «тадар». Как отметил В. Я. Бутанаев, слово «хакас» искусственное и до сих пор не прижилось в языке коренного населения Хакасии. Взятый из книг термин «хакас» для обозначения коренного населения Хакасско-минусинской котловины был официально принят в первые годы Советской власти. До этого времени в качестве самоназвания коренного населения применялся этноним «тадарлар» (рус. татары). Слово «хакас» отсутствовало в языке, топонимике и фольклоре коренного населения Хакасии. Новый термин в основной массе коренного населения был поддержан не сразу и не единодушно.

Численность народа хакасов

Общая численность народа хакасов в России по сравнению с данными переписи 2002 года (75,6 тыс. человек) снизилась и составила по итогам переписи 2010 года — 72 959 человек.

1926 перепись 1939 перепись 1959 перепись 1970 перепись 1979 перепись 1989 перепись 2002 перепись 2010 перепись
Численность хакасов в Хакасии 44,219 (49.8 %) 45,799 (16.8 %) 48,512 (11.8 %) 54,750 (12.3 %) 57,281 (11.5 %) 62,859 (11.1 %) 65,431 (12.0 %) 63,643 (12,1 %)

Хакасский народ делится на субэтнические группы:

  • качинцы (хааш, хаас) — упоминаются в русских источниках впервые с 1608 года, когда служилые люди прошли в землю управляемую князем Тюлькой;
  • койбалы (хойбал) — помимо тюркоязычных групп по некоторым данным включали группы, общавшиеся на диалекте камасинского языка, принадлежавшего к южной подгруппе самодийской группы языков уральской языковой семьи;
  • сагайцы (сағай) —упоминаются впервые в известиях Рашид ад-Дина о монгольских завоеваниях; первые упоминания в русских документах относятся к 1620, когда указывалось, что у них «уложено ясаку не платить и ясачников побивать». В составе сагайцев как этнографическая группа известны бельтыры (пилтiр), ранее также выделялись бирюсинцы (пӱрӱс).
  • кызыльцы (хызыл) — группа хакасского народа, расположенная в долине Чёрного Июса на территории Ширинского и Орджоникидзевского районов Республики Хакасия;
    К хакасскому этносу по культурным и языковым признакам близки телеуты, теленгиты, чулымцы, шорцы.

Герб Хакасии

Герб Хакасии Государственный герб Республики Хакасия — это изображение в серебряном поле червлёного (красного) щита амазонок, тонко окаймлённого зеленью и с золотой нитевидной внутренней каймой, обременённого серебряным идущим крылатым барсом «настороже» (голова развёрнута к зрителю), тонко окаймлённым и украшенным золотом и вписанным во внутреннюю кайму.

 

История хакасского народа

Хакасия расположена в долинах рек Енисей и Абакан. На северо-западе она граничит с Кемеровской областью, на юге и юго-западе с Горным Алтаем и Тувой. Южная граница Хакасии проходит по хребтам западного Саяна. Название хребта восходит к хакасскому «соян» — «тувинец» и в переводе означает «Тувинские горы». Среди снежных пиков западных Саян выделяется величественный пятиглавый Борус — священная для каждого хакаса горная вершина. Как гласят предания, в далекие времена жил вещий старец Борус. Предвидя всемирный потоп, он соорудил корабль, куда посадил всех зверей и птиц. Когда вода стала спадать, Борус пристал к суше, это и была вершина Саянского хребта. Через Хакасско-минусинскую котловину протекает великий Енисей, который хакасы именуют «Ким».
Экскурс в историю этногенеза хакасского народа дает возможность выявления глубинных форм национальной культуры, определяемой адаптацией народа к экологическим условиям Сибири. История хакасского этноса своими корнями уходит далеко вглубь времен. Территория Хакасии была обитаема до нашей эры. Древнее население Хакасии уже достигло весьма значительного культурного уровня. Об этом свидетельствуют многочисленные курганы, наскальные рисунки, художественные изделия из золота и бронзы, приводящие в восторг всех археологов мира. Раскопки курганов подарили нам предметы каменного, бронзового и железного веков. Условно отдельные этапы называются археологами Афанасьевской эпохой (III—II тысячелетие до н.э., век древнекаменный и бронзы), Андроновской эпохой (середина II тысячелетия до н.э.). Карасукской эпохой (XIII—VIII века до н.э.). Татарской эпохой (VII—II века до н.э., век железа), Таштыкской эпохой (I век до н.э.-V век н.э.).
Впервые в середине первого тысячелетия до нашей эры старинные китайские летописи называют коренное население Енисейской долины динлинами, описывая их белокурыми и голубоглазыми. «Изучение сведений о динлинах выявило, что данные о них появились в источниках IV- III вв. до н.э. Наиболее ранние из них легендарны. Это представления о живущих в северных землях вечных всадниках, как бы сросшихся со своими конями, о своеобразных кентаврах».
В начале новой эры идет широкое освоение степных пространств как зоны экстенсивного скотоводства и орошаемого земледелия, что привело к формированию Первого и Второго тюркских каганатов VI—VIII вв. К середине I тысячелетия новой эры складывается кочевническая цивилизация, ее материальная культура, новый, отличный от предшествующей эпохи комплекс духовных культурных ценностей, где, наряду с хранением элементов культуры, складывается новое искусство, героический эпос. В этот период экономики и культуры в Южной Сибири, на берегах Енисея, в VI в. зарождается самобытное государство древних хакасов (кыргызов), которые, по словам Л.Р. Кызласова, в VI—VIII вв. представляло раннефеодальную монархию. Оно занимало всю территорию Южной Сибири: Горный Алтай, Туву и Хакасско-Минусинскую котловину до Ангары на севере. В нем в эпоху расцвета проживало разноэтническое население общей численностью около двух миллионов человек. Это было высокоразвитое государство с большим экономическим потенциалом, устойчивой высокоорганизованной социальной структурой. Этим оно отличалось от огромных, но быстро распадавшихся каганатов древних тюрок, уйгуров, тюргешей и других. «Это государство не стало эфемерной степной империей подобно Тюркскому (VI—VIII вв.) или Уйгурскому (VIII—IX вв.) каганатам. Опираясь на прочную базу социально-экономического и культурного развития, оно просуществовало около 800 лет, погибнув под жестокими ударами империи древнемонгольских феодалов в 1293 году».
Историки отмечают, что на территории современной Хакасии использовались сложные оросительные системы, жители сеяли просо, пшеницу, гималайский ячмень, рожь, овес. В горах были расположены медные, серебряные и золотые рудники, железоделательные печи. Страна славилась искусством кузнецов и ювелиров. Средневековая Хакасия известна монументальными городами. «Древняя хакасская архитектурная школа являлась северным окончанием центрально-азиатской ветви среднеазиатского средневекового зодчества». Исследователь Г. Н. Потанин также пишет (1877): «Хакасы имели оседлые поселения с жилищами, у них много золотых вещей, они оставили календарь, который послужил основанием другим календарям. Вероятно, были храмы Танну или Джирку, в которых стояли гранитные статуи. Одну я видел на Диангуле. Ваяние было судя по этому образцу, доведено до значительного совершенства. Было громадное сословие жрецов, свободных от податей, владевших некоторыми тайнами рудного искусства, гадания, знания светил небесных и врачевания. Хакасские султаны жили на севере от Саяна или, по крайней мере, между Танну и Саяном».
Однако завоевания древнемонгольских феодалов разомкнули цепь поступательного развития исторического процесса. Было потеряно величайшее достижение культуры — енисейская руническая письменность. Как пишет исследователь истории Южной Сибири Л. Р. Кызласов, было остановлено не только поступательное движение вперед, но саяно-алтайские этнические группы были раздроблены и отброшены в своем развитии назад по сравнению с культурным уровнем государства средневековых хакасов. Следовательно, культурному очагу цивилизации Южной Сибири был нанесен урон, трагически отразившийся на исторической судьбе населения древнехакасского государства.
В русских исторических документах хакасы, именовавшиеся «енисейскими кыргызами», упоминаются уже в начале XVII века. В начале XVII века енисейские кыргызы были разделены на несколько небольших феодальных улусов, власть которых распространялась в то время по долине Енисея от Саянского хребта на юге до Большого порога (ниже Красноярска) на севере. Основные кочевья кыргызов находились в бассейне верхнего Чулыма.
По антропологическому типу хакасы относятся к монголоидной расе, при этом явно видны следы влияния европейцев. Внешний вид древних хакасских богатырей рисуется так: «обладающие белой кожей лица, с черными черемуховыми глазами и круглой головой».
В этническом отношении енисейские кыргызы представляли собой небольшую тюркоязычную группу, являвшуюся потомками средневековых енисейских кыргызов, государство которых упоминалось в китайской летописи Танской династии под названием «Хагис».
Политическое устройство кыргызов в начале XVII века характеризовалось иерархической структурой: во главе всех улусов стоял главный князь, каждый улус возглавлялся своим князем, который имел зависимых от него «улусных людей». Русские документы называют зависимых от кыргызских князей тюркоязычных качинцев, агинцев, кызыльцев, аргунов, шустов, сагайцев, а также кетоязычные и самодийскоязычные племена.
В социальном отношении кыргызы были неоднородны: основная масса населения — рядовые скотоводы — «улусные мужики». Племенная верхушка состояла из князей, власть которых была наследственной. Князья держали в качестве рабов пленных, захваченных во время набегов. Кыштымыданники подвергались жестокой эксплуатации, и за их счет обогащалась княжеская верхушка.
Енисейские кыргызы оставались на своих местах только до начала XVIII века. С этого времени большая их часть попала под власть джунгарского хана и была насильственно переселена. Большинство кыргызских кыштымов, которые находились в стадии разложения первобытнообщинного строя, является ближайшими историческими предками современных хакасов.
Традиционное занятие хакасов — полукочевое скотоводство. Хакасы держали лошадей, крупный рогатый скот и овец, а в некоторых местах разводили свиней и птицу. Значительное место в хозяйстве хакасов занимала охота в тайге, главным образом, у кызыльцев. В Саянах охотились на кабаргу. Осенью подтаежное население Хакасии занималось сбором кедрового ореха, ягод и грибов.
До средины XVII века никто из русских людей не имел представления ни о жизни по берегам Енисея, ни о коренных народах, ни о Хакасско-Минусинской котловине с ее развитой для того времени культурой. Памятники этой культуры — музеи под открытым небом — расположены по всей территории Красноярского края и Хакасии. И хотя они сегодня разделены административными границами, но историю и культуру сибирской земли нельзя разделить.
Русское освоение Приенисейского края началось на рубеже XVI и XVII веков с северных территорий, богатых пушниной, рыбой, лесом и продвигалось в направлении к югу, где более благоприятные климатические и природные условия. На рубеже XVI-XVII столетий в бассейн Енисея вышли русские землепроходцы. Пробираясь с Севера, со стороны «златокипящей Мангазеи», казаки основали в 1601 году в низовьях реки Таза город Мангазея. На короткое историческое время этот город стал центром дальнейшего проникновения русских вглубь территории Сибири. Пути из города Мангазеи вели на реку Енисей и к его притокам, которые населяли самодийские племена (энцы и нганасаны), енисейские остяки (кеты) и большая группа северо-западных тунгусских племен. Со временем на этих территориях был образован Мангазейский, затем Туруханский уезд. Последним этапом освоения русскими берегов Енисея был выход в хакасские степи и предгорья Саян.
Киргизские князья организовывали военные набеги хакасов на земли Красноярского, Томского, Енисейского уездов, убивали или уводили в плен людей, угоняли скот. Русские власти придерживались в основном оборонительной тактики. Нападения на русские поселения оказались, в конечном счете, губительными для хакасов, так как в средине XVII века монгольские ханы и джунгарские правители стали совершать опустошительные набеги на земли хакасов. Тогда хакасы обратились к сибирским воеводам с просьбой поставить на их земле острог и нашли благожелательный ответ со стороны русских. Вхождение Хакасии в состав России произошло в 1707 году, когда царь Петр I подписал Указ о сооружении острога в Хакасии. В августе 1707 года служилые люди Томска, Кузнецка, Красноярска и Енисейска построили Абаканский острог (на месте ныне затопленного села Краснотуранского), в котором остался военный гарнизон. Впервые за последнее столетие здесь началась мирная жизнь.
Правда джунгарские правители еще продолжали посылать своих сборщиков дани, но русское правительство предприняло сооружение оборонительной линии, расселяя на ней казаков. В 1718 году близ села Означенного (ныне город Саяногорск) был поставлен Саянский острог — последний опорный пункт на тысячеверстном пути русских землепроходцев.
С постройкой в Хакасско-Минусинском регионе нескольких острогов там стали возникать целые системы населенных пунктов. Хакасско-Минусинский край включает в себя территорию современной Хакасии и южных районов Красноярского края. В силу географических и исторических особенностей этот регион всегда имел некоторую культурную специфику, особенно во второй четверти XVIII века — времени его окончательного присоединения к России. Особенность региона заключается и в том, что его включение в состав Российского государства произошло значительно позже других сибирских регионов. Важно и то, что этот регион имеет свою неповторимую специфику природно-климатических и ландшафтных условий, резко отличающуюся от соседних территорий. Не случайно для обозначения этой части Сибири еще недавно использовался термин «Минусинский край». В настоящее время, учитывая политические и культурные реалии сегодняшнего дня, широко используется термин «Хакасско-Минусинский край».
Ядро русских старожилов этой местности, сформировавшееся в XVIII веке, составили потомки выходцев из северных регионов европейской России. Освоение края русскими носило относительно мирный характер. Это, на наш взгляд, можно объяснить тем, что для большей части тюркоязычных этносов Южной Сибири и хакасского этноса в частности, русское продвижение полностью вписывалось в принятую ими картину мироздания, а первые контакты с русскими нисколько не противоречили центрально-азиатским отношениям «подданства — подчинения». Эти формы государственной зависимости были издревле известны во всей Центральной Азии, а в самой российской государственности они появились по примеру Золотой Орды, обретя в Московском царстве законченный вид.
В результате уже во второй половине XVIII века в крае сложились целые контактные зоны совместного расселения пришлого русского и коренного хакасского населения. По причине более благоприятных для земледелия условий Правобережья Енисея здесь к XIX веку образовалась область преимущественного русского заселения, а хакасы сконцентрировались на левом берегу Енисея. И все же районов с моноэтническим составом населения в крае практически не существовало. Это способствовало возникновению как культурных, так и родственных отношений русских с хакасами.
В этническом взаимодействии хакасов и русских особую роль сыграли русские крестьяне. Они прибывали в основном без семей, поэтому процесс единения происходил за счет межэтнических браков. Такой тип брака позволял как русским, так и местным жителям более успешно решать экономические, социальные и бытовые проблемы. Особенно много подобных браков заключалось в XVII.
Во второй половине XVIII века численность русского населения в Хакасско-Минусинском крае значительно выросла. Замена в 1762 году пашни казенной десятиной и хлебного оброка денежными платежами увеличила свободу передвижения сибирских крестьян. Также неуклонно понижалась доля пушнины в ясаке (натуральном налоге), что было вызвано хищническим истреблением пушного зверя и углублением хозяйственной специализации хакасских хозяйств. С каждым десятилетием бездоимочное поступление ясака обеспечивалось не столько неприкосновенностью ясачных угодий и отсутствием в них русских, сколько соседством русских деревень, где можно было заработать нужные для платежей суммы или сбыть выращенный скот («татары часто ходят в русские деревни на сроки для снятия хлебов и кошения сен»).
По сравнению с первой половиной XVIII века более заметным стал приток населения в Хакасско-Минусинский край из северных сибирских уездов, особенно, из Енисейского. Там многие селения теряли большую часть своих обитателей. Так, крестьяне деревни Томилово Подпорожного присуда в 1765 года «за неимением хлебопашества» перешли на Июс в деревни Сосновую, Тоилуцкую, Амалинскую. На старом месте к 1769 году остались обитатели только двух дворов.
С 70-х годов XVIII века в целом приток из других мест составил около 25 % всего прироста русского населения Хакасско-Минусинского края.
В ряде районов, наиболее пригодных для хозяйствования, русские и хакасы жили чересполосно, так как местные власти защищали земельные интересы ясачных. Хакасы целым улусом или в одиночку получали официальные владетельные документы на «родовую» и свободную землю -«данные». Это способствовало завязыванию хозяйственных и этнокультурных контактов с русскими.
Таким образом, включение во второй четверти XVIII века Хакасии в состав Русского государства сыграло огромную роль. Прогрессивным было избавление хакасского народа от разорительных войн со стороны монгольских и джунгарских феодалов. Хакасы обрели возможность преодолеть вековую раздробленность и сплотиться в единую народность, получившую право на дальнейшее историческое развитие. Вместе с консолидацией хакасской народности в центре Хакасско-Минусинской котловины на ее окраинах шел процесс частичной ассимиляции коренного населения русскими.

Культура хакасского народа

Культура хакасского народа — часть общемирового наследия. Ее историческую основу составляют ценности, созданные веками. В ней обозначились тюркские, китайско-конфуцианские, индо-тибетские и русско-европейские компоненты, свидетельствующие об активных контактах предков хакасов с другими этносами в различные периоды истории. В становлении и развитии хакасской культуры важную роль сыграли шаманизм и христианство. Они стали частью самосознания и менталитета народа. В целом, если по генезису Хакасия связана с Востоком, то через посредство русского языка и русской культуры — с Западом.
В формировании хакасской культуры большую роль сыграла тесная связь человека с природой, зависимость от ее сил. Тяжелая жизнь в условиях изолированности и отдаленности от других, борьба за существование в суровых природно-климатических условиях сформировала у людей такую черту характера, как коллективизм. Среди хакасов всегда высоко ценилась дружба и товарищество, а одиночество всегда осуждалось, что отражено в следующих пословицах: «Дружная жизнь длинна, недружная жизнь — коротка», «Вместе голодай, вместе жаждай, но друга не бросай».
Взаимопомощь у хакасов всегда являлась важной формой общения между людьми. Содержание ее довольно широкое. Это и гостеприимство, которое рассматривалось как источник симпатии, взаимного понимания и поддержки, жалость к старикам, маленьким детям, сиротам, нищим. Любого человека здесь встречают как желанного, соседи всегда делятся продуктами питания друг с другом, орудиями труда и т.д. Соблюдение обычая взаимопомощи отражается в следующих хакасских поговорках: «Человеку без лошади дай лошадь, человеку без одежды дай одежду», «Смерть имеет долг» (т.е. тому, кто пришел помогать на похоронах, при несчастье с ним, надо помочь), «Имя гостя связано с желудком соседей» (т.е. когда пируют с гостями, приглашают соседей).
В этикете общественной жизни как хакасов, так и русских большое значение имеет гостеприимство. Общей чертой двух народов является чрезвычайное радушие, доходящее порой до самопожертвования.
Прием и хождение в гости — частые события в быту народов Сибири. Это вызвано подвижным характером образа жизни кочевников — скотоводов, охотников, оленеводов. Гость у хакасов всегда желанный человек, так как в прошлом люди здесь жили очень небольшими коллективами, и жажда общения с «новым» человеком всегда имела место. Она сама по себе нередко служила причиной того, что человек «снимался» с места, садился на коня и отправлялся за многие десятки верст в гости к другу или родственнику.
Гостей приглашали по любому поводу: соседей в случае убоя скота, всю округу на свадьбу или на праздники. Прием гостей начинается с их встречи. Этикет всех народов Сибири предписывает встречать гостей самому хозяину и его ближайшим родственникам-мужчинам. Общими чертами обряда приветствия являются следующие поведенческие элементы: поднятая правая рука, благопожелания. Довольно распространенной особенностью является приветствие двумя руками, выражающее особое почтение или теплые чувства. Приветствуя, хакасы спрашивают: «Все ли у вас хорошо?», «Здоровы ли?». После этих слов принято, в первую очередь, осведомиться о здоровье скота: «Как поживает ваш скот?». Поскольку эти народы в прошлом были дифференцированы в социальном отношении, положение собеседника всегда учитывалось в процессе общения, что отчасти сказывается и сейчас в существовании более почтительных и менее почтительных этикетных формул. Теперь почтительные обороты адресуются пожилым людям, — например, вместо обычного приветствия говорят: «Разрешите осведомиться о Вашем здоровье». К старшим обязательно обращаются на Вы.
После приветствий принято усаживать гостей на почетном месте, первым делом давать им напиться кумысом или чаем и обязательно вначале занимать их «приличной», то есть неинформативной беседой о погоде, пути, по которому следовали прибывшие, здоровье и т. п. И только после этого приличия позволяли приступить к трапезе.
Гостеприимство также стояло на одном из первых мест в деревенской этике русских переселенцев, так что не принять гостя или отказаться от приглашения считалось проявлением невежества. «Приходи, кума, чай пить», «милости просим», «благодарствуйте за угощение» — вот устойчивые словесные формулы, бытовавшие в Приенисейском крае. В них непременное соблюдение учтивости и уважительного отношения друг к другу. Гостю предлагалось лучшее место за столом и лучшее угощение, а он, в свою очередь, не должен проявлять спесивость, быть умеренным в еде и питье. В деревне говорили: «Для спесивого гостя и дверь пола», «Сытого гостя легко потчевать», «От чужого стола не стыдно не евши уйти». За «хлеб-соль» было принято благодарить хозяйку низким поклоном. Характерный для русского человека обычай — пригласить прохожего и приезжего в дом, накормить его и по возможности успокоить. С прохожих денег не брали; существовала пословица «Хлеб-соль разбойника побеждает».
Особое место в психологической характеристике хакасов занимают устойчивые традиции культа предков, родителей, старших. Следует подчеркнуть, что почтительное отношение к старшим — качество, особо ценимое у многих азиатских народов. Люди почтенного возраста олицетворяли собой мудрость, являлись главными хранителями житейской мудрости и опыта, норм поведения. Основные принципы народного пикета, руково детва для дальнейшей, взрослой жизни хакасские дети получали от старейшин, из пословиц и поговорок: «У старшего проси благословления, у младшего слова», «Старших — уважай, младших не обижай», «Самых старших почитай — годы твои будут долги, самых младших оберегай — дни твои будут светлы».
Приведенные примеры свидетельствуют о том, что поведение взрослых по отношению к детям были окрашены сдержанностью, мягкостью, уважительностью, что не противоречило установкам на подчинение взрослым и почтительность по отношению к ним. Детей но народным традициям не принято бить или унижать другим способом. Подобные действия везде воспринимались как признак слабости взрослого. У хакасов детям запрещалось стоять на пороге, сидеть, опираясь двумя руками о землю, закладывать руки за спину, сидеть, обхватив ноги руками, хлопать в ладоши (знак траура).
У народов Южной Сибири принято было вести с детьми игру, опрашивая имена их предков до определенного (сейчас до седьмого, а в старину до двенадцатого и более) колена, обязательно вручая награду за полные ответы. Эта игра стала своеобразной этикетной деталью обычая гостеприимства и в то же время эффективным средством воспроизводства генеалогической памяти, которая, как известно, является идейной основой социальной организации кочевников.
Культ предков и родителей тесно связан с любовью к родным местам, бережным отношением к флоре и фауне родного края. Привязанность к ним у хакасов тесно связана с тем, что жизнь их проходит в каждодневном общении с живой природой, без которой они не сознают себя. Они поклонялись священным горам, деревьям, распространяя на весь окружающий мир «золотое правило морали», выражавшееся через определенные табу, которые отчасти имели религиозную окраску. Например, нельзя шуметь в лесу, так как ему нужна тишина, рубить дерево ночью, так как оно спит, переходить без разрешения ручей или речку. Считалось, что любое нарушение человеком гармонии, равновесия в целостном мире неизбежно влечет за собой наказание в виде потери урожая, неудач на охоте, болезней, несчастий в семье, физической смерти и, что самое худшее, — смерти души через вымирание рода.
Одной из важных ценностей традиционной культуры хакасов является отношение к труду: «Не приложишь труда, и шапки не заимеешь», «У трудолюбивого человека дети не голодают», «Кто хорошо работает, у того губы в сале, а у лентяя голова в грязи». К семи годам ребенок считался повзрослевшим. Мальчиков с пяти-шести лет приучали к лошади, а с восьми лет он пас скот. С тринадцати лет дети участвовали в уборке урожая, косили сено, а с пятнадцати лет мальчики ходили с отцом на охоту. Девочек с раннего возраста приучали к работе по дому. В тринадцать лет они умели печь хлеб, а в семнадцать — самостоятельно шили шубы, платья, обувь.
Одним из сопоставительных параметров, наиболее ярко отражающим ценностные ориентации культур, является их отношение ко времени. Как для русской, так и для хакасской культуры характерна приверженность традициям и обращение к прошлому как основе для настоящего.
Таким образом, можно отметить такие общие ценностные позиции хакасской культуры и культуры русских переселенцев, как коллективизм, взаимопомощь, трудолюбие, гостеприимство, бережное отношение к природе, почитание старших, приверженность традициям. Все перечисленные преобладающие ориентации характеризуют типично восточные ценности.
В культурной традиции чалдонов Хакасско-Минусинского края проявляется определенная степень иноэтнических влияний. Особенно ярко они проявляются в духовной сфере старожильческой культуры, а именно, — в народном фольклоре, народных верованиях, медицине. Помимо этого, многие элементы традиционной культуры старожилов этого региона испытывали существенное влияние культурных традиций коренного населения. Таким образом, происходили процессы межкультурных коммуникаций, взаимного влияния культур.
В процессе взаимодействия с русскими хакасы учились европейскому земледелию, перенимали технику и систему, высеивали новые посевные культуры. Так, уже в XVII веке на полях появилась озимая и яровая рожь, ячмень, овес, пшеница, горох, гречиха, просо, конопля. Из овощных культур на огородах выращивали морковь, капусту, репу, лук, чеснок, огурцы. Соотношение высева различных сельскохозяйственных культур в процентном отношении в 80-90-х годах XVIII века было следующим: рожь яровая — 33,7 %, рожь озимая — 26,8, пшеница — 17,0, овес — 13,6, ячмень — 6,3, лен, конопля и горох — 2,6 %. По мере разработки угодий удельный вес яровых неуклонно возрастал.
Под влиянием русских хакасы переходили от примитивных форм ведения хозяйства к более высоким и интенсивным. Для возделывания земли они пользовались сохой с железными сошниками. Для боронования использовалась деревянная борона. Из другого инвентаря постоянно использовали серпы, косы-горбуши, топоры. Условием существования крестьянского двора было наличие рабочего скота. У местного населения русские покупали лошадей.
До половины XIX века наиболее распространенным типом жилища хакасов была нерешетчатая переносная юрта, а позднее — решетчатая, берестяная, войлочная. В войлочных юртах «киис иб» люди жили зимой, а в берестяных «тос иб» — летом. Переносная юрта была жилищем скотоводов и имела много общего с юртами калмыков, тувинцев, алтайцев, бурят.
В течение XIX века переносные юрты постепенно заменились стационарным жилищем — русской срубной избой и срубной многоугольной юртой «агас иб», в которой люди жили летом. Посредине юрты на земляном полу располагался очаг. Мебель включала кровати, полки, кованые сундуки, резные шкафчики. Юрта была украшена войлочными коврами, красочной вышивкой, аппликациями на коже. Этнические особенности проявляются и в том, что эти срубны с постройки традиционно делились на две половины — мужскую и женскую. На мужской (левой, южной) половине располагались предметы хозяйственного пользования: седла, арканы, уздечки, кожа и пр. Другая половина (правая, северная) считалась женской; в ней на полках размещалась посуда, утварь, женские и детские принадлежности. Господствующим типом зимнего жилища стала срубная изба -«тура», что свидетельствовало об упрочении оседлости хакасского населения. Срубные бревенчатые дома были двух типов: однокомнатные и пятистенные с застекленными окнами. Домашнюю утварь хакасы готовили сами из дерева, бересты и глины. Позднее в быту хакасов появилась покупная стеклянная, фарфоровая и металлическая посуда и предметы быта, которые делались русскими. В Минусинском музее имени Н. М. Мартьянова можно увидеть хакасскую юрту, в которой разнообразная посуда из цветного стекла (красного, синего), представлявшего изделия Знаменского завода, расположенного близ города Минусинска.
Внутренняя обстановка юрты, количество и качество предметов домашней утвари у зажиточных и рядовых хакасов резко отличались. Юрта богача обставлялась хорошей мебелью. Среди предметов домашнего быта было много вещей русского производства. Так, на полках расставлялись разная посуда и шкатулки. Много места занимали сундуки, украшенные железными пластинками. Пространство между полками со шкатулками и сундуками на левой и правой передних сторонах юрты затягивалось коврами, стол покрывался скатертью.
Зимним жилищем бедных хакасов была полуземляная избушка с окнами (чир иб). Стены делали из двух рядов березового плетня, промежуток между которыми засыпался землей. Внутри плетень обшивался досками. Пол был земляной, крыша плоская. В правом заднем углу от двери на возвышении находился очаг с глинобитной трубой, называемой чувалом (соол). Впоследствии, в процессе взаимодействия с русскими переселенцами, в конструкции этого вида жилища произошли существенные изменения. Стены изнутри и снаружи плотно обмазывали глиной и белили. Делали двухскатную крышу и деревянный пол. Вместо чувала появилась русская печь. Так это жилище приобрело форму русской избы. Вместо «чир иб» ее стали называть «чир тура» (земляной дом).
Другим зимним жилищем была четырехугольная однокамерная с окнами изба, называемая у хакасов соолом. Углы вырубались в замок или укреплялись в столбах. Пол был земляной, плоская крыша покрывалась землей. Окно затягивали брюшиной (харын). В правом заднем углу от двери ставили две печи. Одна из них с открытым очагом, с прямым дымоходом служила для тепла и света. Другая — для приготовления пищи, она примыкала к первой. Обе печи называются соол, отсюда и название жилища — соол.
Этнокультурное взаимодействие хакасов и русских старожилов Ха-касско-минусинского края происходило также в сфере народной медицины. Как в среде хакасов, так и в среде русских старожилов Хакасско-Минусинского края народная медицина имела широкое распространение вплоть до начала XX века. Этому способствовал целый ряд разнообразных причин. Прежде всего, влияло отсутствие в регионе достаточного количества медицинских учреждений и квалифицированных медицинских работников. Большое количество и разнообразие заболеваний было обусловлено тяжелым трудом скотовода и земледельца, а также бытовыми условиями жизни.
Основой народно-медицинских знаний, представлений о болезнях и способах их лечения является не только народный опыт, но также и религиозные верования. Так, основой традиционного мировоззрения хакасов является шаманизм. Соответственно, и шаманское мистическое лечение у хакасов было основным, дополнявшимся элементами народной медицины и отчасти научной медицины с ее медикаментозными средствами.
Можно резюмировать, что опосредованным путем — народной медициной русских старожилов — было воспринято богатейшее многовековое наследие коренных народов Хакасско-Минусинском края, корни которого уходят в глубокую древность.
В целом русские старожилы, с одной стороны, сохранили традиционную этническую основу народно-медицинских знаний, что было обусловлено характерным религиозным мировоззрением и социальными условиями жизни, с другой — значительно расширили и обогатили ее за счет разнообразных компонентов хакасской народной медицины, а опосредованно через последнюю — за счет медицинских знаний народов Саяно-Алтая и Востока.
В сфере языковых взаимоотношений происходили процессы ассимиляции. Хакасский язык относится к тюркской группе алтайской языковой семьи Он подразделяется на четыре диалекта: сагайский, качинский, кызыльский и шорский. На основе качинского и сагайского сформировался литературный язык и появилась письменность. В эпоху позднего средневековья обучались грамоте в Монголии, Джунгарии, и, возможно, в Китае. В российских архивах хранятся хакасские послания XVII-XVIII веков, написанные как на монгольском, так и «…своими татарскими письменами».
В 30-е годы XX века была создана хакасская письменность на основе латинской графики. Современная хакасская письменность создана в 1939 году на основе русской графики.
Если первоначально общение русских с хакасами было затруднительно, то постепенно хакасы по мере усиления хозяйственно-бытовых связей начинали овладевать и русским языком. В 30-х годах XIX века в Минусинском округе только до 50 хакасов владели русским языком.
В сфере народного творчества также происходили процессы взаимодействия. Архаичность хакасского языка сохраняется в богатом хакасском фольклоре, жанры которого многообразны: сказки, легенды, героические сказания, предания, пословицы, поговорки. Наиболее распространенным жанром хакасского фольклора является героический эпос алыптых нымах. Этот древний пласт народного творчества является своеобразным памятником, отразившим историю хакасского народа, особенности его мировоззрения и эстетических представлений.
В огромной степени развитию музыкальной культуры способствовала любовь к музыке самих хакасов. Академик В.В. Радлов, приехавший в Сибирь и возглавивший в 1891 году большую русскую академическую экспедицию по открытию и изучению рунических надписей в Хакасии и Туве, констатировал, что «склонность к эпической поэзии была уже свойственна древним хакасам.
Героические сказания являются своеобразной летописью многовековой истории хакасского народа, его борьбы против многочисленных врагов и угнетателей. Они пользовались самой большой популярностью, и подтверждение этой популярности мы находим у другого собирателя произведений устного народного творчества — В. Вербицкого: «В улусе в хату к старику-сказителю набивается до отказа молодежь послушать сказание под убаюкивающий аккомпанемент чатхана. Но и взрослые любят послушать сказку. Сказителям-певцам, этим баянам и гомерам, принадлежит не одна эпическая эпопея из прошлой жизни этих народов».
Большинство хакасских героических сказаний по своему содержанию являются подлинно народными произведениями. В них мы находим борьбу добра и зла, рассказы о жизни и подвигах богатырей. Существует целый ряд преданий о богатырях, среди которых наибольшей популярностью пользуются: «Албынжи», «Алтын Арыг», «Хара Хусхун, ездящий на вороном коне», «Хан Кичигей» и другие.
В традиционной культуре хакасов синтезирующим в монолитное целое народное искусство является хайджи. Хайджи были хранителями и распространителями героических сказаний. Они пробуждали в своих слушателях бодрость и оптимизм, вселяли силу и энергию для борьбы за справедливость.
Хакасская культура переняла многие элементы материальной и духовной культуры русских: стало активно развиваться земледелие, огородничество, изменились типы жилищ, одежда. Большое влияние на хакасскую культуру оказало принятие христианства. Однако влияние русской культуры в целом не изменило традиционные способы адаптации хакасов к окружающей их природной среде. Напротив, русские в Хакасии старались перенять их, приспособить для своего укоренения здесь. Примером этому могут послужить значительное расширение и обогащение народно-медицинских знаний за счет разнообразных компонентов хакасской народной медицины; заимствование некоторых элементов одежды, способов заготовки и употребления дикорастущих трав и ягод.

Добавить комментарий